Мы поговорили с человеком, прошедшим вдоль американо-мексиканской границы
14-11-2016 | 20:15

Мы поговорили с человеком, прошедшим вдоль американо-мексиканской границы

Когда два года назад Марк Хэиндс отправился пешком вдоль техасско-мексиканской границы, это было не ради политического заявления. Скорее, он просто хотел сбежать.

Хэиндс, эксперт лесного хозяйства в возрасте немногим за 40, чувствовал себя выжатым, как лимон, из-за двух работ: в качестве исследователя в Обернском университете и в Longleaf Alliance, неправительственной организации в Алабаме, которая занимается изучением и сохранением экосистемы сосны болотной. И вот он ушёл, чтобы «убежать из современного мира» на некоторое время.

Он начал путешествие в Эль-Пасо 27 октября 2014 года и прошёл 1010 миль по Техасскому пограничью за семь недель (включая недельный перерыв, когда она вернулся в Алабаму, чтобы покончить с некоторыми учительскими обязанностями). Во время своего похода он сталкивался с теми, кто только что пересёк границу, контрабандистами наркотиков, ковбоями, несколькими туристами и суточной дозой представителей пограничной службы и правоохранительных органов.

Путешествие, на основе которого режиссёр-документалист Рекс Джоунс снял часовой документальный фильм La Frontera доступно онлайн. Но путешествие Хэиндса на этом не заканчивается: 21 декабря он собирается пройти оставшуюся часть границы от Нью-Мексико до Калифорнии. Хэиндс верит, что станет первым человеком, который пройдёт вдоль всей южной границы.

Мы связались с Хэиндсом перед выходом La Frontera, чтобы услышать о первом приграничном походе, и о том, чего он ожидает от ещё одного путешествия в конце года.

Это интервью было отредактировано по размеру и для ясности.

Марк Хэиндс и два его «товарища» на Олд Маинс Роуд. Все фото предоставлены Марком Хэиндсом.

VICE: Где вы начали первый приграничный поход?

Марк Хэиндс: Я начал на Международном пограничном маркере номер один в Эль-Пасо, Техас. Здесь установлена граница между нами и Мексикой, и здесь находится большой маркер. Потом я пошёл по тропе или дороге, которая была ближе всего к Рио-Гранде, до Бока Чика Бич в Мексиканском заливе. Я шёл по Рио-Гранде, но срезал. Если следовать всем поворотам, будет около 1200 миль. Я прошёл 1010.

Мне на помощь пришли так называемые «Тех-Мекс товарищи», среди которых были волонтёры, друзья, которые приезжали на время от недели до двух, чтобы привезти мне пищу и воду, и забрать меня, когда будет нужно. Таким образом, за всё время меня посетило около десятка разных людей.

В последнее время мы часто слышим о возможной пограничной стене. Каково будет людям, живущим там?

Рекс Джоунс, режиссёр-документалист, путешествовавший со мной, взял интервью у всех, от правых либертарианских хозяев ранчо до испанских семей, проживающих там в течение нескольких поколений. Почти все сказали, что дальнейшее строительство стены – это самое тупое, что возможно сделать с нашими деньгами. Все – от правых до левых – были против дальнейшего строительства стены.

Многие люди не понимают, что она там уже есть. Я прошёл вдоль длинных частей стены. Идёшь сотни миль. Там есть городские районы, где она, возможно, имеет смысл, но потом на полпути заходишь в так называемый район Биг Бэнд, и всё что к югу, называется despoblado, что по-испански означает «заброшенная зона». Тамошние жители не вызывает пограничников пограничниками, они называют их «скука-ничниками», потому что им нечем заниматься – там никто не переходит границу. А значит, зачем тратить миллиарды долларов на то, чтобы установить там стену?

Сталкивались ли вы с проблемами на пути?

Ага. Это граница. Это 1010 миль. Там нет дороги; это не похоже на Аппалачскую Тропу или Тихоокеанский хребет. Мне пришлось самому прокладывать путь, то есть приходилось идти по тропам или по дороге как можно ближе к границе. Часто там должны были быть общественные дороги, но они были сдуты или непригодны для транспортных средств, поэтому я проходил 60 или 100 миль между человеческими жилищами. Во многих случаях это было далеко и там полно таких ухабов, что пограничная служба туда не ездит. Они патрулируют окраины, потому что если туда заедешь, будешь там один, и нет никакого тыла. Я проходил по территории контрабандистов и прочих.

Как вы узнали, что они были контрабандистами?

Был один случай, позволивший узнать наверняка. Ранним утром меня высадил друг, один из моих Текс-Мекс товарищей. Он уехал, а я стоял на дороге, подтягивал ремни на рюкзаке и готовился. Я находился в нескольких ярдах от перекрёстка и когда поднял голову, передо мной стояла машина.

Я подумал: «Это странно». А потом распахнулся багажник, и я подумал: «Это не к добру». Выбежала орава парней с коробками и они быстро-быстро стали залазить в эту машину, полную наркоты. Я просто стоял посреди дороги. В процессе один поднял голову, увидел меня и показал в мою сторону, и они все посмотрели на меня. Это было довольно страшно. Это было на Олю Милитари Роуд. Это главная территория контрабандистов. Губернатор, думаю, в то время это был Перри, отправил туда сотни полицейских, они были везде. Каждые пять-десять минут я натыкался на полицейских, но контрабандисты всё проносили прямо в центр всего этого.

На что похожа эта территория?

Это было на Олд Майнс Роуд, очень отдалённое место между Игл Пасс и Ларедо. Это участок длиною 100 миль, на концах которого асфальт, но его основная часть – это бездорожье. В общем, идёшь по Олд Майнс, и единственный транспорт и единственные люди, с которыми сталкиваешься, это нефтегазовые работники. Это было на пике нефтегазового бума. Они работали по краям Олд Майнс Роуд, пробивая скважины. И пограничная служба. Но в центре – приблизительно 50 миль участка – никого, кроме прохожих без документов.

Пограничники сказали, что в той части нет связи, и там слишком опасно – они не могут хорошо общаться, поэтому они даже не работают в центральной части. Дорога обнесена высокими заборами. Это большая часть Техаса, в основном используемая для охоты, поэтому вдоль дороги стоят большие заборы. И видно, где заборы были практически разломаны людьми, которые через них перелазили, и так по всей дороге. Так на каждом столбе, кто-то на нём был. И когда добираешься до конца, даже видишь части одежды, обмотавшие верхушки заборов.

Марк Хэиндс на маркере Песос, Техас, около 2000 миль к востоку от Эль-Пасо

Вы говорили о пограничной службе. Как вы пересекались с ними и другими правоохранительными органами на вашем пути? Когда я проходит через населенный район, я общался с правоохранительными органами в среднем один раз в день. Это были все – пограничная служба, представители шерифов, патруль штата Техас, много взаимодействия с ними всеми. Что меня заинтересовало, так это насколько минимальной была коммуникация между ветвями правоохранительной системы. И потом пограничная служба делит всё на сектора, и между секторами может быть 100 или больше миль. Я попадал в новый сектор, а через десять минут там оказывался пограничник. «Кто вы, и куда вы идёте?» И я рассказывал историю. Ещё через десять минут мне приходилось рассказывать её другому представителю, и иногда такое случалось два или три, или четыре раза за довольно короткий промежуток времени – тем не менее, они обменивались историей по радио или на своих пятиминутках. Потом следующие 80 или 100 миль я видел десятки их представителей, они просто махали, потому что знали, кто я. Но я попадал в новый сектор, и всё начиналось снова, потому что между секторами не было коммуникации. В целом, я был по-настоящему впечатлён взаимодействием с правоохранительными органами по пути.

Чего вы ожидаете от второй части похода? Будет ли сложнее?

Это намного дальше, дорога лежит через гористую местность. Я проводил какое-то время в горах в Квитман Пасс, но этот путь будет ещё отдалённее. И я буду идти на большей высоте в зимние месяцы. Практически по всем пунктам это будет гораздо сложнее.

Следите за новостями Тэда Хэссона на Twitter.


источник: vice.com

Похожие новости