Каково это – арест в отпуске
06-07-2016 | 13:40

Каково это – арест в отпуске

Автор иллюстрации Сэм Тейлор

Арест – опыт неприятный. Наручники неудобны, арестующие полицейские не бывают настроены на нормальную беседу, а полицейские машины – это настоящие энергетические пылесосы, высасывающие из вашего вечера всё веселье и перевозящие вас в малюсенькую комнатушку, в которой с вами будут только металлический унитаз и жужжащая люминесцентная лампа.

Но что происходит, если вы достаточно глупы для того, чтобы вас арестовали в отпуске? Каково это – оказаться взаперти в 300 милях от дома, когда в кармане недостаточно мелочи на международный звонок? Что если вы не говорите на местном языке, а на родном с вами не станет говорить ни один из находящихся поблизости офицеров, поскольку вы только что очень плохо себя повели со всеми ими? Что тогда?

Чтобы выяснить это, я спросил несколько человек, которых арестовывали в отпуске, об их впечатлениях.

Гарри, 30 лет

В 2009 году я поехал на фестиваль близ Задара (Хорватия). Фестивальная сцена тогда на самом деле только-только начала работать. Я находился в уединённом местечке на пляже вместе с несколькими приятелями, и кто-то вытащил принадлежности для вечеринки. Внезапно я увидел, как мне через плечо светит фонарик. Меня схватили двое и начали на меня кричать на своём ломаном английском. Это были копы под прикрытием, сидевшие за нами.

Я по наитию побежал. Было темным-темно. Я пронёсся по каким-то лесам, а затем сдуру попытался запрыгнуть обратно в море, чтобы уплыть, но меня догнали. Я попытался отбиться, и один из офицеров получил небольшие травмы. Тогда я этого не осознавал, но это впоследствии окажется одним из самых идиотских поступков в моей жизни.

Меня забросили в заднюю часть полицейского фургона и отвезли в больницу, где офицера лечили, а я между тем сидел там в наручниках. Меня отвезли в местную тюрьму в Задаре. Группа офицеров засунула меня в какое-то служебное помещение – они все думали, что называть меня Дэл Боем из «Дуракам везёт» очень смешно.

Офицер заявил мне, что меня не отправят в суд; поскольку я напал на хорватского полицейского, меня отвезут в мужскую тюрьму Задара.

Меня запихнули в замызганную камеру со стенами в крови, без туалета, без еды – без ничего. Я просидел там часов девять, а затем ко мне пришли сообщить, что в этот день после обеда я отправлюсь в суд. Я отправился в комнату, в которой находилось ещё несколько человек с фестиваля, проведших ночь в камерах, в основном по обвинениям в хранении наркотиков. Все они, казалось, воспринимали свои злосчастные встречи с хорватскими копами под прикрытием, которых, как я узнал впоследствии, на том самом фестивале было предостаточно, вполне оптимистично. Мы выстроились за судебным листом, но когда я собрался войти, меня остановили. Я отправляюсь не в суд, заявил офицер; я напал на хорватского полицейского, и меня отвезут в мужскую тюрьму Задара.

Там я пробыл два дня в камере с шестью хорватами.

Наконец я связался с британским посольством и хорошенько попросил его сделать всё возможное, чтобы меня вытащить. Моя девушка, которая была там со мной, повела себя потрясающе. Она позвонила моим родителям в Лондон, и им удалось найти уважаемого юриста, чтобы защищать меня в суде. Мне пришлось выплатить штраф в 2000 фунтов [2700 долларов] и подвергнуться немедленной депортации из страны с пятилетним запретом на въезд. К тому моменту мне было уже всё равно – я просто хотел свалить оттуда ко всем чертям.

Саманта, 24 года

Я находилась в Индонезии в рамках программы по обмену. Мой тогдашний парень приехал меня навестить, а привезя его в аэропорт и попрощавшись, я осознала, что забыла дать ему денег на аэропортовый сбор, который нужно заплатить, чтобы пройти таможню. Зная, что я не смогу пробраться к нему без пропуска на посадку, я воспользовалась своим отвратным ломаным индонезийским и слёзно попросила охрану пропустить меня через первый выход при условии, что я вернусь со взяткой. Я проделала то же самое на рентгеновском досмотре, на станции оплаты аэропортового сбора и ещё на одном уровне безопасности, а затем добралась до пункта выхода на посадку. Я не видела, чтобы он ждал посадки, поэтому заставила одного из сотрудников посмотреть, нет ли его в самолёте, а там он и был.

Я уже собралась уходить, но меня схватили охранники и с негодованием спросили, как я добралась до этого уровня безопасности без пропуска на посадку. Вокруг меня их было человек семь, они попытались схватить мою сумочку и сказали мне, что хотят, чтобы я им заплатила взятку. Меня привели в офис охраны, заставили сообщить им все мои персональные данные, а затем допрашивали, кажется, несколько часов.

В комнате становилось всё жарче, а эти парни становились всё злее. Затем они сделали перерыв – наверно, устали на меня кричать, – и я увидела свой шанс. Я записала ложные данные на всех бланках, которые меня заставили заполнить, чтобы не волноваться, что меня поймают.

Я встала и свалила через двери, спустилась по эскалаторам, прошла мимо точки оплаты аэропортового сбора, через рентгеновский досмотр и по ступенькам и вышла наружу. Первый из тех, кто дал мне пройти, уже вытянул руку в ожидании взятки, которой у меня не было, поэтому я пробежала мимо него в ужасе пополам с экстазом и запрыгнула в первое попавшееся такси. На мой взгляд, вас никогда не повяжут за границей, если бегать достаточно быстро.

Тео, 26 лет

Я приехал на один болгарский фестиваль, а затем отправился с несколькими друзьями на один греческий остров немного отдохнуть, чтобы облегчить отходняк. У меня с собой на всякий случай была кое-какая мелочёвка с выходных, с которой я решил не расставаться. Мы ехали через границу на такси, а на единственном пропускном пункте в буквальном смысле было несколько офицеров, которые практически не смотрели на наши паспорта, так что после этого я думал, что мы спокойно приехали домой.

Мы отправились на лодке на остров Самофракия. Мы все были в хорошем настроении и болтали о фестивале. Но когда мы отплыли и взглянули на бухту, что-то как будто было не так. Нам говорили, что Самофракия – это тихое сообщество хиппи, но нас встретили толпы офицеров в оливковой форме. Я ощутил ужас, который лишь усилился, когда мне и одному из моих друзей приказали выйти на одну сторону для дальнейших проверок.

В итоге у меня в сумке обнаружили пакет кокса, и тут мне пришёл конец.

Они спросили, нет ли у нас при себе наркотиков. Я сказал: «нет». Поэтому они просмотрели мой багаж – открывали наушники, пакеты с чипсами и всё в таком духе. Тем временем меня оттащили к сарайчику у воды, приказали раздеться догола и подвергли полному досмотру мой рот. В итоге у меня в сумке обнаружили пакет кокса, и тут мне пришёл конец.

Меня отправили в одну камеру ещё с несколькими. Большинство были с Ближнего Востока, либо из Афганистана, либо из Сирии, а повязали их либо за попытку незаконного пересечения границы, либо по обвинениям, связанным с наркотиками. Меня не выпускали всю ночь. Было странно: в основном мы просто сидели и играли в карты. Затем, на следующее утро, мне выписали небольшой штраф и отправили на следующую лодку обратно на Самофракию. Разумеется, я был сильно уставший и измотанный, но в целом, чёрт побери, был рад, что не случилось ничего похуже.

Нилу, 26 лет

Я был в Гватемале, ехал на автобусе из одной части страны в другую. Спустя пару часов езды мы остановились на станции обслуживания, чтобы сходить в туалет. Я пошёл туда и прошёл мимо какого-то стола. Осознав, что ни на одной стойке нет туалетной бумаги, я вышел попросить бумаги, а сторожиха сказала мне, что пользование туалетом платное. Я спросил у неё, сколько это стоит, выложил нужную сумму, а она сказала, что плата будет двойной, потому что я уже зашёл один раз. Я сказал ей, что явно не пользовался туалетом раньше, потому что вошёл и вышел за несколько секунд, но она и слышать об этом не хотела. Вместо того, чтобы закатывать скандал, я схватил монетки, которые выложил на прилавок, и пошёл выкурить косячок на свежем воздухе с попутчиками.

Спустя несколько минут вышла парочка охранников. Я подумал, будто дело в том, что я курю, но затем осознал, что их прислала сторожиха из туалета, сказав им, что я воспользовался туалетом дважды и не заплатил. Я объяснил им ситуацию на своём хреновом испанском. Они ушли, а я сел в автобус, но тут за мной увязалась та женщина. Характер у меня взрывной, и я не люблю, когда меня обвиняют в воровстве, и потому в этот момент некоторым образом взорвался, что, разумеется, было весьма неразумно. Я схватил пригоршню монет и бросил ими в неё, крича: «Так вот твои чёртовы деньги! Бери!» Весь автобус затих, она посмотрела на деньги, затем себе на ноги, а затем отошла.

Мы все вернулись в автобус перед отъездом, и автобус начал выезжать... а затем въехал обратно. Та женщина зашла в автобус, на сей раз вместе с полицейскими. Она заявила им, что я украл у неё кучу денег. Меня вытащили из автобуса, и вот тогда я осознал, что моего испанского совершенно недостаточно для того, чтобы объяснить эту хрень, а денег, чтобы заплатить столько, сколько я, как она им сказала, у неё украл, у меня не было.

Доказать, что я не крал денег, было невозможно, поэтому меня задержали на день, пока кто-то не перевёл мне те деньги. Я заплатил ей наличными, но так и не извинился. Полагаю, я её так ненавязчиво послал.

Следите за сообщениями Тома Ашера на Twitter.


источник: vice.com

Похожие новости